Вопросы и ответы

Короткие ответы на то, что спрашивают чаще всего — от «откуда у вас эти данные» до «как исправить запись о моей сети».

Один и тот же вопрос звучит по-разному в зависимости от того, зачем человек пришёл: одному важно, откуда взялись сведения, другому — можно ли им доверять при принятии решения. Поэтому вопросы здесь собраны по темам, и часть из них намеренно повторяется в нескольких разделах: ответ в разделе про анонимность и в разделе про свою сеть смотрит на одно и то же с разных сторон.

• Что это за сервис
• Откуда берутся данные
• Точность и полнота
• Анонимайзеры, прокси и VPN
• Репутация и жалобы
• Геолокация
• Корпоративная безопасность
• Доступ к данным, API и тарифы
• Если это ваши адреса
• Правовые вопросы

Что это за сервис

Что вы делаете?

Мы отвечаем на вопрос «что известно об этом адресе» — и отвечаем не одной строкой, а цепочкой: какой узел стоит на конце, в какой блок адрес входит, какая сеть его объявляет, какая компания этой сетью распоряжается и что это за юридическое лицо. Каждое звено собрано отдельно и связано с соседним.

Кому это нужно?

Трём разным читателям. Службе безопасности — чтобы понимать, кто подключается к их системам и что видно снаружи об их собственных адресах. Антифроду — чтобы отличать живого человека от арендованного выхода. Закупкам и юристам — чтобы знать, чья на самом деле инфраструктура у поставщика.

Чем вы отличаетесь от бесплатных сервисов проверки IP?

Бесплатные сервисы показывают одно звено — обычно страну и оператора, полученные перепродажей чужой базы. У нас четыре уровня анализа, свои измерения и связь адреса с юридическим лицом. Разница видна там, где данные расходятся: мы показываем, что реестр говорит одно, а маршруты — другое, вместо того чтобы выбрать удобный вариант и умолчать о втором.

На каких уровнях можно вести анализ?

На четырёх, и каждый следующий отвечает на свой вопрос:

Нужно ли что-то устанавливать?

Нет. Отчёт открывается по адресу вида wbdt.ru/8.8.8.8. Для встраивания в свои системы есть программный доступ и выгрузка целиком — см. раздел про доступ к данным.

Откуда берутся данные

Откуда вы берёте данные?

Из четырёх источников, и три из них — наши собственные. Адреса мы опрашиваем сами со своих измерительных узлов. Имена узлов спрашиваем прямо у серверов имён оператора и получаем то, что он публикует о себе сам. Маршруты снимаем с потока объявлений в реальном времени. Реестровые сведения берём в самих реестрах — RIPE, ARIN, APNIC, LACNIC, AFRINIC и российском реестре адресов.

Вы перепродаёте чужие базы?

Нет. Основные признаки — что за узел на адресе, отвечает ли он, чем именно отвечает, кто объявляет блок — получены нашими измерениями, а не куплены у посредника. Именно поэтому мы можем объяснить происхождение каждого числа и показать, когда оно получено.

Как часто данные обновляются?

По-разному, в зависимости от того, как быстро меняется сама величина:

Опрос идёт по кругу, поэтому у конкретного адреса отклик может быть свежее или старше — как повезло с очередью. Дату последнего обновления по субъекту всегда видно в блоке «История изменений».

Почему сведения о владельце могут устареть?

Потому что устаревает сам реестр, а не наша копия. Компания сливается с другой, а запись в реестре остаётся прежней годами. Пример из практики: адрес, которым сегодня распоряжается «Ростелеком», до сих пор числится за «ВолгаТелекомом» по записи от 2007 года — компании объединились в 2011-м, запись никто не переписал. Мы показываем такие сведения как есть и отдельно отмечаем возраст записи, а не подменяем их догадкой.

Сколько всего объектов вы описываете?

5 702 239 реестровых записей об адресных блоках IPv4, 136 866 автономных систем и 235 703 организации. Из них 4 828 связаны с российскими юридическими лицами по ИНН и ОГРН, а 7 483 записи — с лицензиями РКН.

Вы сканируете чужие сети — это законно?

Мы измеряем время отклика и факт доступности, не пытаясь проникнуть внутрь: подбора паролей, эксплуатации уязвимостей и обхода защиты у нас нет. Все измерительные узлы перечислены поимённо на отдельной странице, чтобы администратор мог опознать нас в своих журналах, и там же указан адрес для исключения своих сетей из опроса — opt-out@wbdt.ru.

Точность и полнота

Насколько точны ваши данные?

Там, где признак поставлен, — он обнаружен, а не предположен. Ложных «Да» у нас практически не бывает, бывают пропущенные. Это сознательный выбор: пропущенный признак читатель восполнит, а ложный уведёт в сторону.

Почему у многих адресов почти везде «Нет»?

Потому что признак ставится, когда узел сам себя проявил, а молчит подавляющее большинство адресов: из примерно 55 миллионов опрошенных отвечает хоть чем-нибудь около четырёх миллионов — семь адресов из ста. Поэтому «Нет» читается как «оснований считать иначе не нашлось», а не как «точно нет».

Почему адрес может молчать?

Причин несколько, и все они нормальны: адрес сейчас никому не выдан; за ним закрытый межсетевой экран; оператор фильтрует обращения на своей стороне; за одним адресом сидят сотни абонентов сразу; оборудование просто выключено.

Что означает пустой раздел в отчёте?

Отсутствие сведений, а не отсутствие явления. Пустой раздел «Узел» не говорит ни о чём плохом — он говорит, что адрес не проявил себя, как и девять из десяти адресов в интернете.

Почему оператор известен не для всех адресов?

Потому что реестровая запись не всегда содержит ссылку на организацию. Точно назвать оператора мы можем для 75,3 % адресов; для остальных показываем то, что известно, и не достраиваем недостающее правдоподобной догадкой.

У вас написано одно, у другого сервиса — другое. Кто прав?

Чаще всего оба, просто отвечают на разные вопросы. Типичный случай: у блока есть держатель по реестру и есть сеть, которая его объявляет, и это разные компании примерно у сорока процентов блоков. Один сервис показывает первое, другой второе. Мы показываем оба и отмечаем расхождение отдельно.

Анонимайзеры, прокси и VPN

Что вы умеете определять?

Признаки того, что за адресом стоит посредник, а не конечный пользователь:

Что такое резидентный прокси и почему его трудно поймать?

Это выход, арендованный на настоящем домашнем адресе: по геолокации, по оператору и по типу подключения он выглядит как обычный абонент, потому что он и есть обычный абонент — просто через его канал пропускают чужой трафик. Обычные проверки такой адрес пропускают: придраться формально не к чему.

Как вы узнаёте про такие адреса?

Мы подключаемся к этим сервисам сами и наблюдаем их выходы изнутри. Это данные, которые нельзя получить, глядя на трафик снаружи, — снаружи резидентный прокси неотличим от абонента.

Сколько таких адресов вы знаете?

Более 1,1 миллиона выходных узлов, из них 367 038 с подтверждённой российской принадлежностью. Почти половина — 493 471 адрес — замечена за последние семь дней, то есть это действующие выходы, а не архив.

Можно ли по вашему отчёту понять, что человек скрывает своё расположение?

Можно увидеть, что адрес принадлежит анонимизирующей службе или сдаётся как выход. Это утверждение об адресе, а не о человеке: за одним и тем же выходом в разное время бывают разные люди, и часть из них пользуется им без злого умысла.

Мой адрес помечен как анонимайзер по ошибке. Что делать?

Напишите на abuse@wbdt.ru с указанием адреса. Мы перепроверяем такие обращения по своим наблюдениям: если признак стоит из-за прошлой аренды адреса, он снимается после того, как наблюдения перестают его подтверждать.

Репутация и жалобы

Как формируется оценка репутации?

Из накопленных жалоб и наших собственных наблюдений за адресом и его окружением. Оценка — не приговор, а взвешенная сводка: единичная старая жалоба и поток свежих значат разное.

Откуда берутся жалобы?

Из открытых списков злоупотреблений, из наблюдений наших измерительных узлов и из обращений, которые приходят напрямую к нам. Обновление ежедневное.

Можно ли пожаловаться на адрес у вас?

Да, прямо на сайте. Такая жалоба учитывается в отчётах наравне с остальными источниками — это один из наших собственных источников, а не пересылка в чужой список.

Мой адрес попал в списки. Как это исправить?

Сначала устраните причину — иначе адрес вернётся в списки в ближайшие дни. Затем напишите нам; исключение из нашей оценки не отменяет записей в чужих списках, их придётся проходить отдельно.

Влияет ли репутация соседних адресов?

Влияет, и это осмысленно: если весь блок вокруг сдаётся под рассылку, отдельный молчащий адрес из него заслуживает большего внимания. Но вывод с уровня блока не переносится на адрес как приговор — он даёт фон, а не обвинение.

Геолокация

Как вы определяете расположение адреса?

Активными измерениями с собственных узлов — их 21: от Москвы и Санкт-Петербурга до Хабаровска и Владивостока, плюс семь за рубежом. Мы измеряем задержку до адреса с разных точек и по ней ограничиваем область, где адрес физически может находиться. Дополнительно используем то, что оператор публикует о себе сам.

Почему город определён неточно?

Потому что физика измерений даёт область, а не точку. Мы считаем определение состоявшимся, если область укладывается в 150 километров; иначе честнее показать регион, чем назвать город наугад.

Почему у моего адреса чужой город?

Обычная причина — адрес выдан из блока, закреплённого за другим филиалом или другим регионом, а трафик идёт через узел в третьем месте. Вторая причина — оператор сам публикует устаревшие сведения о своей географии.

Чем ваша геолокация отличается от других?

Тем, что она измеренная, а не переписанная. Большинство баз наследуют одну и ту же исходную таблицу и повторяют её ошибки годами. Мы меряем сами и поэтому расходимся с ними там, где они ошибаются.

Я оператор, у вас неверная география моих сетей. Как поправить?

Опубликуйте geofeed — мы его читаем. Либо напишите нам напрямую, приложив соответствие блоков и населённых пунктов.

Корпоративная безопасность

Чем сервис полезен службе безопасности?

Шестью вещами: проверкой того, кто к вам подключается; инвентаризацией собственного периметра снаружи; проверкой контрагента; расследованием инцидентов; контролем анонсов своих адресов; обогащением журналов в SIEM. Ниже — каждая отдельно.

Как проверить, что видно снаружи о наших собственных адресах?

Навести сервис на свою автономную систему или свои блоки и посмотреть отчёт так, как его видит посторонний. В нашей базе 4 027 377 адресов, которые чем-нибудь ответили; вот что среди них опознано:

Смысл не в том, что «какой-то порт открыт» — это знает любой сканер. Смысл в том, что по совокупности отклика называется класс устройства: забытая камера в переговорной и почтовый сервер требуют разных решений.

Как использовать данные в антифроде?

Проверять адрес, с которого пришли регистрация, заявка или платёж, на признаки посредника. Самый ценный признак — резидентный прокси: он выглядит как домашний абонент и проходит обычные проверки насквозь. Второй по важности — хостинг, выдающий себя за жилой сектор.

Как проверить контрагента?

Посмотреть, чья на самом деле сеть, на которой работает его сервис, в какой стране она находится и какое за ней юридическое лицо. Филиалы и переименования мы склеиваем в группу — иначе один холдинг выглядит как десяток независимых компаний, и проверка контрагента упирается в пустоту.

Как расследовать инцидент и кому направить жалобу?

От адреса — к блоку, от блока — к организации и её контакту для обращений. Отдельно мы отмечаем случай, когда блок объявляет не тот, на кого он записан: жалоба, отправленная по реестровому контакту, в этом случае уйдёт не тому, кто адресами распоряжается.

Можно ли контролировать анонсы наших адресов?

Да. У нас 996 072 криптографические подписи маршрутов и 4 269 992 записи в реестрах маршрутов. Практический смысл: видно, подписан ли ваш блок, кто его объявляет и не появился ли чужой анонс ваших адресов. Перехват анонса уводит почту и трафик компании целиком, а замечают его обычно постфактум.

Как подключить данные к SIEM?

Выгрузкой целиком: полный архив — 868 МБ и 1 781 688 объектов, обновление ежедневное. Данные ложатся внутрь вашего контура, обогащение журналов идёт офлайн, без запроса наружу на каждое событие и без задержки в тракте разбора.

Насколько этим данным можно доверять при принятии решений?

Признак, который стоит, — обнаружен. Признак, которого нет, означает «оснований не нашлось», а не «явления нет». Для решений это значит: положительный признак можно класть в основу, отсутствие признака — нельзя. И ни один отдельный признак не стоит делать единственным основанием: сила появляется на совокупности.

Доступ к данным, API и тарифы

Есть ли программный доступ?

Есть. Отчёты по адресу, блоку, автономной системе и оператору доступны в машинном виде.

Сколько стоит?

Три схемы: оплата по запросам — 0,1 ₽ за запрос; подписка — от 500 ₽ в месяц; корпоративный доступ — индивидуально. Последний имеет смысл, когда нужен объём, выгрузка целиком или размещение внутри контура.

Можно ли получить всю базу целиком?

Да, отдельным каналом выгрузки: полный архив на 1 781 688 объектов с ежедневным обновлением. Это правильный способ, если данные нужны внутри вашей инфраструктуры, а не по одному запросу.

Можно ли развернуть у себя в контуре?

Обсуждается в рамках корпоративного доступа — напишите нам, опишите задачу и объём.

Что делать, если нужен нестандартный срез данных?

Написать. Часть того, что лежит в базе, не выведена на страницы отчётов просто потому, что не была никому нужна; выгрузить нужный срез обычно проще, чем кажется.

Если это ваши адреса

Данные о моей сети неверны. Как исправить?

Первым делом посмотрите, откуда взялась ошибка. Если сведения реестровые — исправлять нужно в реестре, у нас они обновятся в течение суток. Если это результат наших измерений — напишите на abuse@wbdt.ru, мы перепроверим.

Мы сменили владельца блока, а у вас старый.

Значит, в реестре запись ещё не переписана, — мы берём её оттуда. Обновите её у своего регистратора; наша копия подтянется на следующие сутки. Если запись уже исправлена, а у нас старая дольше двух суток — сообщите нам.

Как убрать пометку анонимайзера?

Напишите нам с указанием блока. Если признак стоял из-за прошлой аренды адресов, он снимается, когда наши наблюдения перестают его подтверждать. Если адреса сдаются в аренду прямо сейчас, признак останется — он описывает факт, а не отношение к вам.

Как исключить свои сети из опроса?

Написать на opt-out@wbdt.ru. Список наших измерительных узлов опубликован поимённо, чтобы вы могли опознать нас в своих журналах.

Как сообщить о своей географии?

Опубликуйте geofeed — мы его читаем и предпочитаем тому, что вычислили сами: оператор знает своё расположение лучше любых измерений.

Правовые вопросы

Законно ли собирать эти данные?

Реестровые сведения об адресах и автономных системах публичны по устройству интернета — они существуют именно для того, чтобы можно было узнать, кто отвечает за сеть. Измерения времени отклика не проникают внутрь систем: подбора паролей, эксплуатации уязвимостей и обхода защиты у нас нет.

Есть ли здесь персональные данные?

Предмет наших сведений — адрес, блок, сеть и организация, а не человек. Мы не связываем адрес с личностью, не ведём профилей пользователей и не собираем сведения о том, что человек делает в сети.

Можно ли использовать ваши данные для принятия решений о людях?

С осторожностью и не в одиночку. Признак относится к адресу, а не к человеку: за одним выходом в разное время бывают разные люди. Автоматический отказ на основании одного признака мы считаем неправильным применением — признак хорош как один из входов в решение, а не как решение.

Можно ли ссылаться на ваши отчёты?

Да. Каждый отчёт имеет постоянный адрес и отметку времени сборки, поэтому на него можно сослаться в переписке, в обращении к оператору или во внутреннем документе.

Обновлено 07.09.2026