Активное сканирование
Не приманка. Тут мы задаём вопрос первыми.
Этот источник стоит в разделе особняком, потому что приманкой не является. Все остальные ждут, пока к ним придут. Здесь мы обращаемся сами.
Разница не в вежливости, а в том, что именно получается узнать.
| Приманка | Сканирование | |
|---|---|---|
| Кто начинает | тот, кто пришёл | мы |
| Что показывает | поведение адреса | свойства адреса |
| Когда наблюдается | когда что-то произошло | когда мы спросили |
Приманка отвечает на вопрос «что этот адрес делал». Сканирование — на вопрос «что это за адрес». Поведение и свойства не заменяют друг друга: адрес может быть посредником и при этом вести себя безупречно, и наоборот.
Что мы из этого узнаём
VPN и proxy-серверы. Служба, работающая на адресе, видна по тому, как она отвечает. Это даёт признак посредника даже там, где адрес не попал ни в один публичный перечень.
Подозрительные отпечатки. Набор открытых служб и манера отвечать складываются в картину, по которой видно, что на адресе на самом деле работает — сервер, оборудование связи или чей-то анонимайзер.
Что попадает в отчёт
Не виды угроз. Результаты сканирования складываются в признаки анонимности — vpn, proxy, tor, relay — и в описание узла на конце адреса.
Это отдельный разговор: признак посредника не обвинение. У VPN миллионы совершенно обычных пользователей, и отметка означает только, что адрес принадлежит не тому, кто через него пришёл.
Почему мы это делаем сами
Готовые перечни анонимайзеров существуют, и мы их тоже читаем. Но они заметно хуже знают российский сегмент: их составляют там, где про здешние сети никто специально не выяснял.
Собственная проверка закрывает этот пробел. Именно поэтому к ней и пришлось прийти — иначе половина ответов про рунет осталась бы догадками.
Обновлено